«Власть принадлежит тому, кто знает» — это старая аксиома. Но знание, первым шагом к которому является правильное понимание Истины, умение отличать истинное от ложного, доступно только тем, кто освободился от всех предрассудков, победил своё человеческое тщеславие и эгоизм и готов принять Истину, как только она будет ему показана. Таких людей очень мало.
Если человек однажды с уверенностью узнает, что в оккультных науках едва ли есть что-то, не основанное на научных фактах, он станет изучать эти науки с таким же, если не с большим рвением, с каким прежде их избегал. Однако этого нельзя достичь сразу: ради блага человечества такие истины должны раскрываться постепенно и с большой осторожностью, поскольку общественное сознание к ним не готово.
Первым и основополагающим принципом нравственной силы и власти является единство и сплочённость в мыслях и целях. Именно понимание этих принципов привело древних к созданию тайных школ, храмов знания и мистерий, закрытых для всех, кроме прошедших надлежащие испытания и проверки. Слово «мистерии» происходит от греческого «мио» — «закрывать рот». В Египте и на Востоке вся религия, даже в самых поэтичных своих формах, была в той или иной мере таинственной. Главная причина, по которой в Греции мистериям дали особое название и назначение, заключалась в том, что поверхностное народное богословие оставляло неудовлетворённой потребность, которую могла утолить лишь религия в более широком смысле. Аристотель говорит, что они были самыми ценными из всех религиозных установлений и потому назывались «мистериями» по преимуществу. Храм в Элевсине считался своего рода общим святилищем всей земли, где религия соединяла всё самое величественное и священное.
Посвящение в мистериях
Посвящаемый должен был освободиться от всех элементов экзотерического суеверия и жречества и стать свободным от любой опасности порабощения человеком или идеей. Внешне это была школа, где преподавались науки, искусства, этика, законодательство, человеколюбие, почитание истинной и реальной природы космических явлений; тайно же давались практические доказательства последнего.
Зороастр и Конфуций черпали свои учения из мистерий. Климент Александрийский, говоря о великих мистериях, пишет: «Здесь заканчивается всякое обучение: природа и всё сущее становятся видимы и познаваемы».
Если бы посвящённых обучали только нравственным истинам, мистерии никогда не заслужили бы и не получили бы восторженных похвал самых просвещённых людей древности — Пиндара, Плутарха, Исократа, Диодора, Платона, Сократа, Аристофана, Цицерона, Эпиктета, Марка Аврелия и других — философов, враждебных жреческому духу, или историков, посвятивших себя поиску истины. Нет: там преподавались все науки, а также устные и письменные предания, восходящие к первой эпохе мира. Многие древние авторы свидетельствуют, что каждый ученик — через посвящение в храме или частное изучение теургии — получал доказательство бессмертия и продолжения существования своей души.
Мистики и Посвящённые
Те, кто мог постичь Истину во всём, — те, кто мог взглянуть великой Исиде в лицо и вынести грозное величие Богини, — становились Посвящёнными. Благородные заповеди, которым учили Посвящённые ранних рас, распространились в Индии, Египте, Греции, Китае и Халдее и таким образом по всему миру. Их этический кодекс, основанный на альтруизме, стал всеобщим.
Древний канон пропорций
Древний канон пропорций — часть тайного знания древних мудрецов, давно запечатлённого в Великой пирамиде и храмах Египта, Ассирии и Индии. Современное искусство может лишь подражать, пока не получит доступа к этой мудрости, заключённой в глифах и символах, ключ к которым скрыт в чуде из чудес — в человеке.
Истинный мистик
Мысль, которую я пытался развить, можно сформулировать так: истинный мистик, или посвящённый, — и в древности, и в наше время — это тот, кто постоянно стремится к самостоятельным выводам, опираясь на разум, используя каждую истину и стремясь жить в согласии с тем, что его собственный разум и совесть считают его нравственным идеалом. Истины — это источники, из которых вытекают обязанности; и прошло всего несколько сотен лет с тех пор, как стала отчётливо видна новая истина: человек главенствует над институтами, а не они над ним. Они существуют для него сообразно его развитию, а не он для них.
Аналогия и соответствие — проводники, которые выводят искреннего искателя истины из лабиринта сомнений в ясный мир, где разум, подкреплённый опытом, постигает истинное знание. Природа повсюду являет нам порядок и систему; поэтому следует остерегаться так называемых разгадок величайших мировых тайн и искать немногие принципы, которые они могли бы выявить; стремиться к знанию со всех точек зрения — от фактов к закономерностям и от закономерностей к объяснению фактов; считать выводы предварительными и проверять их опытом, чтобы этот метод изучения и наблюдения принёс наибольшую пользу. Мы, конечные существа, можем и не прийти к окончательной Истине, но опыт по крайней мере убедит нас, что мы на пути, ведущем к её постижению.